Главная Юридические новости России

На пороге реформы гражданского законодательства


Много в сложных обстоятельствах настаивают вникнуть в журналах. Аналитики подозриельно смотрят на ситуацию, поэтому их мнение подчеркивают. Недавно новостные журналы написали о том что На пороге реформы гражданского законодательства. Какое это имеет влияние для окружающих. Попробуем искать верные обобщения. Надеемся, что очевидцы изложили информацию в соотвествии. На пороге реформы гражданского законодательства

Приближающаяся осень станет временем вступления в силу огромного числа поправок в Гражданский Кодекс, разработанных и утвержденных еще весной текущего года. Среди наиболее заметных изменений, вводимых с 1 сентября – новые правила создания юридических лиц, которые отныне должны будут приобретать организационно-правовые формы, предусмотренные новой редакцией ГК. Так, отныне будут запрещены ОДО и ЗАО.

Помимо этого, значительной части организаций придется привести собственные учредительные документы в соответствие с обновленными стандартами. Отметим, что проведение перерегистрации не потребует уплаты каких-либо государственных пошлин.

Реформа гражданского законодательства о юридических лицах.

Декабрь 9, 2014

Принятие Федерального закона от 5 мая 2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изме­нений в главу 4 части пер­вой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» (далее — Закон) является очередным этапом рефор­мирования гражданского законодательства. На этот раз изменению подвер­глись положения ГК РФ о юридических лицах. Закон вносит принципиальные изменения в систе­му юридических лиц. Во-первых, и коммерческие и некоммерческие орга­низации делятся на корпо­рации и унитарные орга­низации, а хозяйственные общества — на публичные и не публичные. Во-вторых, оптимизированы организа­ционно-правовые формы некоммерческих организа­ций: их количество сокра­щено, установлен их исчер­пывающий перечень. Изменения претерпели нор­мы об учредительных до­кументах юридических лиц:



  • все юридические лица действуют на основании уставов (исключение состав­ляют только хозяйственные товарищества, учредитель­ным документом которых является учредительный до­говор);
  • для государственной реги­страции юридических лиц могут использоваться типовые уставы, формы которых утверждаются уполномо­ченными органами;
  • учредители   (участники) юридического лица вправе утвердить   внутренние до­кументы,   не   являющиеся учредительными   докумен­тами и регулирующие кор­поративные отношения. Положения об органах юри­дического лица дополнены интересной нормой: те­перь учредительным доку­ментом может быть преду­смотрено, что полномочия выступать от имени юриди­ческого лица предоставле­ны нескольким лицам, дей­ствующим   совместно   или независимо друг от друга. Порядок таких действий и компетенция этих лиц, ве­роятно, должны быть уста­новлены специальными законами и учредительными документами. Насколько широко будет использо­ваться этот механизм и на­сколько   эффективным   он окажется — покажет прак­тика. Обращает на себя внимание то, что законода­тель фактически приравнял орган юридического лица к представителю этого лица, включив в ст. 53 ГК РФ ссыл­ку на п. 1 ст. 182ГКРФ. Важным       нововведением Закона является расшире­ние и подробное регули­рование ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юри­дического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих     действия юридического лица. Специ­альным законодательством предусматривались отдель­ные положения о такой ответственности, теперь они систематизированы в ГК и распространяются на все юридические лица. Наиболее принципиальны­ми   изменениями,   внесен­ными   в   порядок   реорга­низации юридических лиц, являются следующие: • допускается реорганиза­ция с одновременным соче­танием различных ее форм; реорганизация с участием двух и более юридических лиц, в том числе созданных в разных организационно-правовых формах;
  • более детально урегули­рованы вопросы правопре­емства при реорганизации, защиты прав кредиторов при реорганизации;
  • установлены основания, порядок и последствия признания в судебном по­рядке недействительным решения о реорганизации юридического лица и реор­ганизации корпорации не­состоявшейся.
  • Стоит обратить внимание на следующие изменения норм о ликвидации юриди­ческого лица:

  • установлены дополни­тельные основания при­нудительной ликвидации юридического лица, в том числе арбитражным управ­ляющим, основания исклю­чения юридического лица из ЕГРЮЛ;
  • урегулирован вопрос с расходами на проведение ликвидации;
  • установлена процедура распределения обнаружен­ного имущества исключен­ного из ЕГРЮЛ юридическо­го лица;
  • установлены дополнитель­ные меры по защите прав кредиторов ликвидируемо­го юридического лица.
  • В ГК РФ включены общие положения, распростра­няющиеся на все корпора­тивные юридические лица (как коммерческие, так и некоммерческие). В част­ности, установлены еди­ные для всех корпораций права и обязанности их участников, положения об управлении в корпорации, порядок заявления участни­ком корпорации или самой корпорацией требований о возмещении причиненных корпорации убытков, оспаривании ее сделок. Введен институт восстановления корпоративного контроля, утраченного участником коммерческой корпорации помимо его воли в резуль­тате неправомерных дей­ствий других лиц.

    В правовом регулирова­нии положения хозяй­ственных товариществ и обществ с принятием За­кона тоже произошли зна­чительные изменения: исключена такая организа­ционно-правовая форма хозяйственных обществ, как общество с дополнительной ответственностью; больше не выделяются такие типы акционерного общества, как открытое и закрытое акционерное общество. Ис­ключены такие категории, как преобладающее обще­ство и зависимое общество; расширена ответственность основных обществ по дол­гам дочерних; установлен запрет на преобразование хозяйственных товари­ществ и обществ в неком­мерческие организации и унитарные коммерческие организации. Изменен со­став имущества, которое может быть внесено в каче­стве вклада в имущество хо­зяйственного товарищества или общества — его пере­чень сужен.

    В ГК РФ включены общие для всех хозяйственных обществ нормы о корпоративном договоре (причем предусмотрена и возможность за­ключения кредиторами или иными третьими лицами и участниками хозяйственно­го общества соглашения, по сути аналогичного корпора­тивному договору). Хозяйственные общества разделены на публичные и не публичные. Право­вое положение публичных обществ урегулировано в основном императивными нормами, предусматриваю­щими дополнительные тре­бования к их деятельности. Участникам не публичного общества предоставлено больше прав по определе­нию состава и компетенции его органов управ­ления, порядка созыва и проведения общего собра­ния, объема правомочий участников общества. Преду­смотрены четкие правила удостоверения решений об­щих   собраний   участников публичных и не публичных обществ.

    Изменения произошли и в нормах, регулирующих предпринимательскую дея­тельность некоммерческих организаций: она теперь именуется «приносящей до­ход   деятельностью»; установлены требования к нали­чию имущества некоммерче­ской организации, осущест­вляющей приносящую доход деятельность, призванные защитить интересы ее кре­диторов. Одной из новелл Закона является выделение положений, общих для всех некоммерческих корпора­тивных организаций. К потребительским коопе­ративам теперь отнесены и жилищные, жилищно-стро­ительные и гаражные коо­перативы; садоводческие, огороднические и дачные потребительские коопера­тивы; общества взаимного страхования; кредитные ко­оперативы; фонды проката; сельскохозяйственные по­требительские кооперативы, ранее являвшиеся самостоя­тельными организационно-правовыми формами неком­мерческих организаций. Правовое положение обще­ственных организаций те­перь урегулировано ГК РФ более детально. Из ГК РФ исключено понятие обще­ственного объединения. К общественным организаци­ям также отнесены полити­ческие партии и созданные в качестве юридических лиц профессиональные союзы (профсоюзные организа­ции), общественные движе­ния, органы общественной

    - самодеятельности,   терри­ториальные общественные

    - самоуправления, ранее являвшиеся самостоятель­ными организационно-пра­вовыми формами неком­мерческих организаций.

    К ассоциациям (союзам) от­несены и некоммерческие партнерства, саморегулирумые организации, объеди­нения работодателей, объе­динения профессиональных союзов, кооперативов и об­щественных     организаций.

    торгово-промышленные, нотариальные и адвокат­ские палаты, ранее являв­шиеся самостоятельными организационно-правовы­ми формами некоммерче­ских организаций. Товарищество собственни­ков недвижимости — новая организационно-право­вая форма юридического лица, включенная в ГК РФ Законом. К товариществам собственников недвижимо­сти отнесены и товарище­ства собственников жилья. Нормы о товариществах собственников недвижи­мости применяются также к созданным до момента вступления Закона в силу товариществам собственни­ков жилья, садоводческим, огородническим и дачным некоммерческим товариществам, ранее являвшим­ся самостоятельными ор­ганизационно-правовыми формами некоммерческих организаций. В отличие от товариществ собственников жилья, товарищество соб­ственников недвижимости могут создать и собственни­ки помещений в нескольких зданиях, жилых домов, дач­ных домов, садоводческих, огороднических или дачных земельных участков, иных объектов недвижимости, вне зависимости от их коли­чества, того, как они распо­ложены, имеют ли общую границу, инфраструктуру. Такие организационно-пра­вовые формы юридических лиц, как казачьи общества, внесенные в   государственный реестр казачьих об­ществ в РФ, общины корен­ных малочисленных народов РФ, автономные некоммер­ческие организации, в ГК РФ до принятия Закона не упо­минались, а были предусмо­трены специальным законодательством. Теперь нормы об этих юридических лицах включены в ГК РФ. Правовое положение фон­дов урегулировано теперь более детально, в частности, появились нормы, устанав­ливающие структуру органов управления фонда, исключи­тельную компетенцию выс­шего коллегиального органа фонда. Это, наряду с введен­ным запретом реорганиза­ции фондов, свидетельству­ет о желании законодателя более жестко и императивно определить их статус.

    С принятием Закона рели­гиозные организации выде­лены в отдельную органи­зационно-правовую форму (ранее они являлись одной из разновидностей обще­ственных и религиозных ор­ганизаций (объединений). Среди существенных из­менений, произошедших в правовом регулировании статуса учреждений, мож­но назвать установленный запрет на соучредитель­ство нескольких лиц при создании учреждений. При этом учреждение, ранее созданное несколькими учредителями, не подлежит ликвидации по указанному основанию, а может быть (за исключением государствен­ного   или   муниципального учреждения) преобразо­вано в автономную неком­мерческую организацию или фонд. Кроме того, уста­новлена субсидиарная от­ветственность собственни­ка имущества бюджетного учреждения и автономного учреждения по обязатель­ствам такого учреждения, связанным с причинением вреда гражданам. Таких организационно-пра­вовых форм юридических лиц, как государственная корпорация и государствен­ная компания. Закон не предусматривает. Появи­лись публично-правовые компании, однако их статус ГК РФ не урегулирован. После 01.09.2014 г. юри­дические лица создают­ся только в организаци­онно-правовых формах, предусмотренных ГК РФ в редакции Закона. Перере­гистрация существующих юридических лиц не тре­буется, а учредительные документы могут быть приведены в соответствие с ГК РФ в редакции Закона при первом их изменении.

    Автор: Юлия Бадалян

    I. ОБЩЕЕ СОСТОЯНИЕ РОССИЙСКОЙ ЮСТИЦИИ НА ПОРОГЕ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ

    В первых частях Концепции говорится о состоянии, в кᴏᴛᴏᴩом находится совокупная система юстиции. Мы считаем важным процитировать наиболее принципиальные положения, показывающие неудовлетворенность существовавшим положением дел в ϶ᴛᴏй сфере. Важно заметить, что одно ϶ᴛᴏ уже может многое сказать читателю, в том числе о том, что изменилось (и изменилось ли) в данной сфере с 1991 года.

    1. «Суды, прокуратура, органы дознания и предварительного следствия все более обнаруживают несостоятельность ϲʙᴏих общих усилий по охране законности и правопорядка» (с.8).

    2. «Привычка видеть в правоохранительных органах, в особенности являющихся правопреемниками печально знаменитых ОГПУ-НКВД-МГБ, чуждую и гнетущую силу, неспособность милиции, прокуратуры, суда удовлетворить запросы общества, возлагавшиеся на них надежды породили кризис доверия» (с.11).

    3. «Традиционное давление партийно-советского аппарата ослабло, но правосудие не стало выразителем “интереса права“, в растерянности и моральной изоляции по инерции ожидая, какому “праву интереса” придется служить» (с.11).

    4. «Слишком много стремящихся выполнять функцию, слишком мало способных оставаться личностью, надев мундир» (с.12).

    5. «Известно. что правоохранительные органы явно не справляются с выпадающим на их долю фронтом работ» (с.13).

    6. «Наконец, показательно положение с материально-техническим обеспечением правоохранительных органов. В настоящее время в РСФСР из 2428 народных судов 984, или 39% размещены крайне неудовлетворительно. Свыше 300 судов расположены в ветхих, аварийных зданиях. В половине судов республики нет специальных помещений для конвоя и подсудимых» (с.15).

    7. «Вопреки вульгарным идеям целью уголовной юстиции будет не борьба с преступностью, а защита общества от преступлений путем реализации уголовного закона, защита прав и законных интересов граждан, попавших в сферу юстиции (обвиняемых, потерпевших, гражданских истцов, гражданских ответчиков). Под реализацией уголовного закона понимается при ϶ᴛᴏм не только привлечение к уголовной ответственности и назначение наказания, но и отказ от преследования невиновных… Неверные цели, поставленные перед юстицией, порождают подтасовку ее сотрудниками, стремящимися оправдывать общественные и начальственные ожидания, отчетных данных о ϲʙᴏей работе… Юстиция занимает круговую оборону от разочарованного общества. Уместно отметить, что оперирование показателем роста преступности для оценки работы юстиции порождает обвинительный уклон, снижает стандарты доказывания, ведет к несправедливому ужесточению наказаний, сближает позиции и негласную солидарность служащих розыска, следствия, прокурорского надзора и правосудия. Лицо не может уповать на контроль последующей инстанции, пока и поскольку она имеет общий интерес с предыдущей» (с. 19-20)

    10. «До сих пор не проведена четкая грань между процессуальной и непроцессуальной деятельностью: УПК РСФСР использует многочисленные административные процедуры (особенно в главе о возбуждении уголовных дел); одинаковое юридическое значение придается дознанию, следствию и протокольной форме досудебной подготовки материалов; начальник следственного отдела, то есть административный руководитель, наделен процессуальными функциями» (с.22).

    11. «Возложение на различные органы уголовной юстиции общих задач, когда суд, прокурор, следователь и орган дознания в равной степени обязаны возбудить уголовное дело… Между тем суд, стремясь изобличить преступника и привести в движение механизма уголовного преследования, теряет качество объективности, оказывается в одной упряжке с прокурором, следователем и органом дознания… Совпадение задач у органов, выполняющих функцию обвинения, и суда, призванного разрешит дело по существу, ошибочное определение целей юстиции предопределяют карательный уклон в деятельности правоохранительных органов, инквизиционный характер судопроизводства, в кᴏᴛᴏᴩом нет реальной силы, противостоящей обвинению» (с.22-23).

    12. Зависимое положение суда и должностных лиц юстиции:

    -          после партийно-советского “телефонного права” появились новые формы вмешательства в отправление правосудия (блокирование зданий суда, проведение демонстраций, истребование дел депутатами и их указания судьям о том или ином разрешении дел, тенденциозный подбор кандидатов на судебные должности по политическим мотивам, запросы депутатов в прокуратуру и органы внутренних дел о репутации избираемых судей;

    -          не были затронуты прежние каналы зависимости суда:

    а)         организационное руководство со стороны Минюста;

    b)         судебный надзор не будет единственной формой контроля в судопроизводстве, поскольку сохраняется еще непроцессуальное руководство нижестоящими судами;

    c)         совершенно недопустима и обратная зависимость, когда куратор из вышестоящего суда несет ответственность за ошибки, допускаемые опекаемыми им народными судьями. Такой куратор охотно закрывает глаза на просчеты подопечных, когда исполняет обязанности докладчика в кассационной инстанции… «Опасаясь последствий ϲʙᴏбодно выраженного внутреннего убеждения, судья начинает ориентироваться на позицию кассационных и надзорных инстанций, т.е. утрачивает самостоятельность»;

    d)         не обеспечена и процессуальная самостоятельность следователя. Самостоятельность следователя и его личная ответственность за проведение следствия должны отличать следователя от чиновника администрации. Прокурор, дающий указания следователю – его руководитель по должности со всеми вытекающими отсюда последствиями; со следователями ОВД прокурор в непосредственные процессуальные отношения не вступает, но дает указания начальнику следственного отдела, кᴏᴛᴏᴩый переадресовывает их подчиненному следователю от ϲʙᴏего имени. «Следователь прокуратуры, по сути, не может быть никем иным, кроме как вспомогательным работником при прокуроре, обязанным способствовать последнему в обосновании обвинения. Статус следователя органа внутренних дел еще более низок: он – заложник оперативных служб» (с. 23-26).

    13. Ориентация на интересы государства и негуманность юстиции:

    -          «народному правосознанию нет места в судебных залах» (об отсутствии суда присяжных);

    -          государство объявляет сферой публичного интереса области, традиционно считавшиеся частным делом граждан;

    -          УК РСФСР переполнен деяниями, не являющимися по ϲʙᴏей природе преступными;

    -          «Мы не имеем суда, доступного населению, пользующегося его доверием и уважением. Суд над человеком должен быть заменен судом для человека»;

    -          не каждое нарушенное право можно защитить в суде (с. 27-28).

    14. «Кривое зеркало» статистики:

    -          при регистрации преступлений;

    -          отсутствуют необходимые данные и критерии оценки объема и качества работы юстиции, например, не проводится различия между уголовными делами по их трудоемкости; прекращенные по нереабилитирующим обстоятельствам дела завышают показатель раскрываемости. Между тем отчитываться за успехи в борьбе с преступностью с помощью статистических показателей вообще нельзя (с. 29-30).

    ***

    Перед тем, как представлять полную картину инвентаризации Концепции судебной реформы (т.е. в максимальном ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии со структурой и последовательностью самого текста Концепции), мы сочли целесообразным изложить ϲʙᴏе видение того, что именно сегодня будет самым актуальным для того, ɥᴛᴏбы граждане страны ощутили не через официальные оценки, а через ϲʙᴏй собственный опыт, благодаря ϲʙᴏим собственным ощущениям результаты судебной реформы или хотя бы движение к данным результатам.

    Общий образ юстиции (в широком значении ϶ᴛᴏго слова – как системы, обеспечивающей справедливость посредством права) для человека в правовом государстве может быть сведен к следующим житейским суждениям:

    меня как законопослушного гражданина никто из представителей власти не может без всякого повода, разумных и законных оснований задержать, арестовать, проверить мою личность, вторгнуться в мое жилище, изъять, даже временно, мою собственность;

    если, однако, все-таки будет нарушено одно из моих личных прав, у меня есть уверенность в том, что я легко смогу прибегнуть к государственной (в первую очередь, к судебной) защите и виновный обязательно понесет ответственность;

    мое заявление о преступлении будет обязательно зарегистрировано и по нему оперативно будут приняты необходимые меры;

    полицейские службы, прежде всего постовые, участковые милиционеры охраняют от преступных посягательств меня, а не абстрактный порядок, я всегда могу обратиться к ним за помощью и получить ее;

    любое незаконное решение или действие государственного или муниципального служащего, ущемляющее, по моему мнению, мои права и законные интересы, я смогу без особой нервотрепки, потери времени и больших денежных средств обжаловать в суд, причем даже если я не силен в написании жалобы;

    для меня полностью доступна и необременительна судебная защита, что означает территориальную близость суда, удобные часы его работы, отсутствие пошлины по делам, связанным с защитой от чиновничьего произвола, отсутствие придирок к тексту моего искового заявления или жалобы при приеме в суде, возможность получить элементарную юридическую консультацию в суде в связи с моим делом;

    суд, кᴏᴛᴏᴩый примет мою жалобу, рассмотрит ее быстро и не будет принимать во внимание, что лицо, на действия кᴏᴛᴏᴩого я жалуюсь, имеет высокое должностное положение;

    я получу достойную компенсацию за ущерб, нанесенный мне, если суд признает, что действительно были нарушены мои права и законные интересы;

    я, будучи обвиняемым или потерпевшим, легко могу нанять защитника, даже если я не в состоянии оплатить его труд;

    по моему заявлению в качестве обвиняемого мое дело будет рассмотрено судом присяжных.

    В случае если все данные суждения несколько формализовать, можно сказать, что акценты в судебной реформе, или ее приоритеты (точнее было бы говорить о реформе юстиции) должны быть расставлены следующим образом:

    тотальный судебный контроль:

    беспрепятственное обжалование гражданами в суде любых решений и действий государственных органов и должностных лиц, в т.ч. и законов

    полная судебная подконтрольность действий дознавателей, следователей и прокуроров

    невозможность ограничений конституционных прав и ϲʙᴏбод граждан в установленных законом случаях (в частности, при проведении оперативно-розыскной деятельности, следствия) без судебного решения

    доступность правосудия и юридической помощи:

    территориальная близость судов к местам проживания

    удобное для граждан время работы

    прозрачность судебного календаря (сроков и последовательности рассмотрения дел)

    достаточное количество судей

    недопустимость отказа в приеме исков, жалоб, заявлений от граждан по формально-техническим основаниям, возможность получить в любом суде консультацию о точном адресе суда, кᴏᴛᴏᴩому подведомственно или подсудно данное дело

    достаточное число адвокатов, причем не только в крупных городах

    бесплатность либо символическая плата (например, в виде гербовой бумаги) судебного обжалования решений и действий государственных органов и должностных лиц

    возможность для обвиняемых беспрепятственно нанять защитника с ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙующей оплатой его из государственного бюджета с одновременным контролем качества защиты со стороны адвокатского сообщества

    независимость судей как залог их объективности:

    несменяемость судей

    пожизненное назначение судей на должность, кроме мировых судей, кᴏᴛᴏᴩые должны избираться населением на срок не менее 5 лет

    высокая оплата судейского труда и высокий уровень социальных гарантий судей

    лишение председателей судов административных полномочий в отношении судей

    лишение вышестоящих судов административных полномочий в отношении судей нижестоящих судов

    введение в состав квалификационных коллегий судей представителей юридической общественности, не являющихся государственными служащими, в т.ч. научных работников в области права, адвокатов, нотариусов, судебных репортеров и обозревателей

    образование судебных округов и судебных участков с границами, не совпадающими с административно-территориальным делением

    недопустимость дополнительного финансирования судебной деятельности федеральных судов из средств региональных и местных бюджетов

    отсутствие влияния региональных и местных властей на возможность, сроки предоставления и качество жилищных и бытовых условий жизни судей

    Гарантии состязательности судебного процесса и равноправия сторон

    распространение суда присяжных

    твердые процессуальные гарантии обвиняемых и подсудимых и ответственность должностных лиц за их нарушение

    укоренение роли прокурора в процессе исключительно как одной из сторон, а не как «государева ока», надзирающего за судьями и ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙенное восприятие представителей прокуратуры судьями

    ликвидация всех остатков обвинительной функции суда

    изменение правового сознания судейского корпуса:

    понимание судьей, что он творит правосудие, т.е. справедливость, а не помогает тем или иным государственным органам

    понимание судьей, что при рассмотрении дела он не будет ступенью в иерархической системе, т.е. творит судебную власть не как подчиненный председателя суда или вышестоящего суда

    понимание судьей, что он будет «последней» инстанцией в процессе защиты права, даже если его решение может быть обжаловано в апелляционном или кассационном порядке

    применение в судебном процессе норм законов с позиций конституционных принципов и норм международного права (права человека – высшая цель, равенство всех форм собственности, равенство прав вне зависимости от имущественного, должностного, социального положения, национальности и вероисповедания и т.п.)

    изменение образа полицейской деятельности:

    главная цель полицейских органов и спецслужб – не борьба с преступностью, а защита граждан и правового порядка от незаконных посягательств

    полицейские органы и спецслужбы будут не карательными, а защитными (фактически ϶ᴛᴏ – те же службы спасения, только в особой сфере)

    существование между разными полицейскими ведомствами, спецслужбами четкого и законодательно определенного разделения труда (функций и полномочий)

    унификация материально-технического обеспечения и социальных гарантий различных полицейских ведомств и спецслужб

    законодательное регламентирование использования спецподразделений

    демилитаризация полицейской службы

    четкое законодательное определение функций и предназначения полицейской службы и спецслужбы

    понимание сотрудниками полицейских служб и спецслужб бессмысленности их деятельности по выявлению преступлений без законности сбора и закрепления доказательств вины

    Похожие объекты:

    Пользовательское соглашение:

    Интеллектуальные права на книгу - Судебная реформа. От концепции 1991 года до сегодняшнего дня. принадлежат её автору. Данное пособие/книга размещена исключительно для ознакомительных целей без вовлечения в коммерческий оборот. Вся информация (в том числе и "I. ОБЩЕЕ СОСТОЯНИЕ РОССИЙСКОЙ ЮСТИЦИИ НА ПОРОГЕ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ") собрана из открытых источников, либо добавлена пользователями на безвозмездной основе.

    I. ОБЩЕЕ СОСТОЯНИЕ РОССИЙСКОЙ ЮСТИЦИИ НА ПОРОГЕ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ

    РЕКЛАМА

    В первых частях Концепции говорится о состоянии, в котором находится совокупная система юстиции. Мы считаем важным процитировать наиболее принципиальные положения, показывающие неудовлетворенность существовавшим положением дел в этой сфере. Одно это уже может многое сказать читателю, в том числе о том, что изменилось (и изменилось ли) в данной сфере с 1991 года.

    1. «Суды, прокуратура, органы дознания и предварительного следствия все более обнаруживают несостоятельность своих общих усилий по охране законности и правопорядка» (с.8).

    2. «Привычка видеть в правоохранительных органах, в особенности являющихся правопреемниками печально знаменитых ОГПУ-НКВД-МГБ, чуждую и гнетущую силу, неспособность милиции, прокуратуры, суда удовлетворить запросы общества, возлагавшиеся на них надежды породили кризис доверия» (с.11).

    3. «Традиционное давление партийно-советского аппарата ослабло, но правосудие не стало выразителем “интереса права“, в растерянности и моральной изоляции по инерции ожидая, какому “праву интереса” придется служить» (с.11).

    4. «Слишком много стремящихся выполнять функцию, слишком мало способных оставаться личностью, надев мундир» (с.12).

    5. «Известно. что правоохранительные органы явно не справляются с выпадающим на их долю фронтом работ» (с.13).

    6. «Наконец, показательно положение с материально-техническим обеспечением правоохранительных органов. В настоящее время в РСФСР из 2428 народных судов 984, или 39% размещены крайне неудовлетворительно. Свыше 300 судов расположены в ветхих, аварийных зданиях. В половине судов республики нет специальных помещений для конвоя и подсудимых» (с.15).

    7. «Вопреки вульгарным идеям целью уголовной юстиции является не борьба с преступностью, а защита общества от преступлений путем реализации уголовного закона, защита прав и законных интересов граждан, попавших в сферу юстиции (обвиняемых, потерпевших, гражданских истцов, гражданских ответчиков). Под реализацией уголовного закона понимается при этом не только привлечение к уголовной ответственности и назначение наказания, но и отказ от преследования невиновных… Неверные цели, поставленные перед юстицией, порождают подтасовку ее сотрудниками, стремящимися оправдывать общественные и начальственные ожидания, отчетных данных о своей работе… Юстиция занимает круговую оборону от разочарованного общества. Оперирование показателем роста преступности для оценки работы юстиции порождает обвинительный уклон, снижает стандарты доказывания, ведет к несправедливому ужесточению наказаний, сближает позиции и негласную солидарность служащих розыска, следствия, прокурорского надзора и правосудия. Лицо не может уповать на контроль последующей инстанции, пока и поскольку она имеет общий интерес с предыдущей» (с. 19-20)

    10. «До сих пор не проведена четкая грань между процессуальной и непроцессуальной деятельностью: УПК РСФСР использует многочисленные административные процедуры (особенно в главе о возбуждении уголовных дел); одинаковое юридическое значение придается дознанию, следствию и протокольной форме досудебной подготовки материалов; начальник следственного отдела, то есть административный руководитель, наделен процессуальными функциями» (с.22).

    11. «Возложение на различные органы уголовной юстиции общих задач, когда суд, прокурор, следователь и орган дознания в равной степени обязаны возбудить уголовное дело… Между тем суд, стремясь изобличить преступника и привести в движение механизма уголовного преследования, теряет качество объективности, оказывается в одной упряжке с прокурором, следователем и органом дознания… Совпадение задач у органов, выполняющих функцию обвинения, и суда, призванного разрешит дело по существу, ошибочное определение целей юстиции предопределяют карательный уклон в деятельности правоохранительных органов, инквизиционный характер судопроизводства, в котором нет реальной силы, противостоящей обвинению» (с.22-23).

    12. Зависимое положение суда и должностных лиц юстиции:

    -          после партийно-советского “телефонного права” появились новые формы вмешательства в отправление правосудия (блокирование зданий суда, проведение демонстраций, истребование дел депутатами и их указания судьям о том или ином разрешении дел, тенденциозный подбор кандидатов на судебные должности по политическим мотивам, запросы депутатов в прокуратуру и органы внутренних дел о репутации избираемых судей;

    -          не были затронуты прежние каналы зависимости суда:

    а)         организационное руководство со стороны Минюста;

    b)         судебный надзор не является единственной формой контроля в судопроизводстве, поскольку сохраняется еще непроцессуальное руководство нижестоящими судами;

    c)         совершенно недопустима и обратная зависимость, когда куратор из вышестоящего суда несет ответственность за ошибки, допускаемые опекаемыми им народными судьями. Такой куратор охотно закрывает глаза на просчеты подопечных, когда исполняет обязанности докладчика в кассационной инстанции… «Опасаясь последствий свободно выраженного внутреннего убеждения, судья начинает ориентироваться на позицию кассационных и надзорных инстанций, т.е. утрачивает самостоятельность»;

    d)         не обеспечена и процессуальная самостоятельность следователя. Самостоятельность следователя и его личная ответственность за проведение следствия должны отличать следователя от чиновника администрации. Прокурор, дающий указания следователю – его руководитель по должности со всеми вытекающими отсюда последствиями; со следователями ОВД прокурор в непосредственные процессуальные отношения не вступает, но дает указания начальнику следственного отдела, который переадресовывает их подчиненному следователю от своего имени. «Следователь прокуратуры, по сути, не может быть никем иным, кроме как вспомогательным работником при прокуроре, обязанным способствовать последнему в обосновании обвинения. Статус следователя органа внутренних дел еще более низок: он – заложник оперативных служб» (с. 23-26).

    13. Ориентация на интересы государства и негуманность юстиции:

    -          «народному правосознанию нет места в судебных залах» (об отсутствии суда присяжных);

    -          государство объявляет сферой публичного интереса области, традиционно считавшиеся частным делом граждан;

    -          УК РСФСР переполнен деяниями, не являющимися по своей природе преступными;

    -          «Мы не имеем суда, доступного населению, пользующегося его доверием и уважением. Суд над человеком должен быть заменен судом для человека»;

    -          не каждое нарушенное право можно защитить в суде (с. 27-28).

    14. «Кривое зеркало» статистики:

    -          при регистрации преступлений;

    -          отсутствуют необходимые данные и критерии оценки объема и качества работы юстиции, например, не проводится различия между уголовными делами по их трудоемкости; прекращенные по нереабилитирующим обстоятельствам дела завышают показатель раскрываемости. Между тем отчитываться за успехи в борьбе с преступностью с помощью статистических показателей вообще нельзя (с. 29-30).

    ***

    Перед тем, как представлять полную картину инвентаризации Концепции судебной реформы (т.е. в максимальном соответствии со структурой и последовательностью самого текста Концепции), мы сочли целесообразным изложить свое видение того, что именно сегодня является самым актуальным для того, чтобы граждане страны ощутили не через официальные оценки, а через свой собственный опыт, благодаря своим собственным ощущениям результаты судебной реформы или хотя бы движение к этим результатам.

    Общий образ юстиции (в широком значении этого слова – как системы, обеспечивающей справедливость посредством права) для человека в правовом государстве может быть сведен к следующим житейским суждениям:

    меня как законопослушного гражданина никто из представителей власти не может без всякого повода, разумных и законных оснований задержать, арестовать, проверить мою личность, вторгнуться в мое жилище, изъять, даже временно, мою собственность;

    если, однако, все-таки будет нарушено одно из моих личных прав, у меня есть уверенность в том, что я легко смогу прибегнуть к государственной (в первую очередь, к судебной) защите и виновный обязательно понесет ответственность;

    мое заявление о преступлении будет обязательно зарегистрировано и по нему оперативно будут приняты необходимые меры;

    полицейские службы, прежде всего постовые, участковые милиционеры охраняют от преступных посягательств меня, а не абстрактный порядок, я всегда могу обратиться к ним за помощью и получить ее;

    любое незаконное решение или действие государственного или муниципального служащего, ущемляющее, по моему мнению, мои права и законные интересы, я смогу без особой нервотрепки, потери времени и больших денежных средств обжаловать в суд, причем даже если я не силен в написании жалобы;

    для меня полностью доступна и необременительна судебная защита, что означает территориальную близость суда, удобные часы его работы, отсутствие пошлины по делам, связанным с защитой от чиновничьего произвола, отсутствие придирок к тексту моего искового заявления или жалобы при приеме в суде, возможность получить элементарную юридическую консультацию в суде в связи с моим делом;

    суд, который примет мою жалобу, рассмотрит ее быстро и не будет принимать во внимание, что лицо, на действия которого я жалуюсь, имеет высокое должностное положение;

    я получу достойную компенсацию за ущерб, нанесенный мне, если суд признает, что действительно были нарушены мои права и законные интересы;

    я, будучи обвиняемым или потерпевшим, легко могу нанять защитника, даже если я не в состоянии оплатить его труд;

    по моему заявлению в качестве обвиняемого мое дело будет рассмотрено судом присяжных.

    Если все эти суждения несколько формализовать, можно сказать, что акценты в судебной реформе, или ее приоритеты (точнее было бы говорить о реформе юстиции) должны быть расставлены следующим образом:

    тотальный судебный контроль:

    беспрепятственное обжалование гражданами в суде любых решений и действий государственных органов и должностных лиц, в том числе и законов

    полная судебная подконтрольность действий дознавателей, следователей и прокуроров

    невозможность ограничений конституционных прав и свобод граждан в установленных законом случаях (в частности, при проведении оперативно-розыскной деятельности, следствия) без судебного решения

    доступность правосудия и юридической помощи:

    территориальная близость судов к местам проживания

    удобное для граждан время работы

    прозрачность судебного календаря (сроков и последовательности рассмотрения дел)

    достаточное количество судей

    недопустимость отказа в приеме исков, жалоб, заявлений от граждан по формально-техническим основаниям, возможность получить в любом суде консультацию о точном адресе суда, которому подведомственно или подсудно данное дело

    достаточное число адвокатов, причем не только в крупных городах

    бесплатность либо символическая плата (например, в виде гербовой бумаги) судебного обжалования решений и действий государственных органов и должностных лиц

    возможность для обвиняемых беспрепятственно нанять защитника с соответствующей оплатой его из государственного бюджета с одновременным контролем качества защиты со стороны адвокатского сообщества

    независимость судей как залог их объективности:

    несменяемость судей

    пожизненное назначение судей на должность, кроме мировых судей, которые должны избираться населением на срок не менее 5 лет

    высокая оплата судейского труда и высокий уровень социальных гарантий судей

    лишение председателей судов административных полномочий в отношении судей

    лишение вышестоящих судов административных полномочий в отношении судей нижестоящих судов

    введение в состав квалификационных коллегий судей представителей юридической общественности, не являющихся государственными служащими, в т.ч. научных работников в области права, адвокатов, нотариусов, судебных репортеров и обозревателей

    образование судебных округов и судебных участков с границами, не совпадающими с административно-территориальным делением

    недопустимость дополнительного финансирования судебной деятельности федеральных судов из средств региональных и местных бюджетов

    отсутствие влияния региональных и местных властей на возможность, сроки предоставления и качество жилищных и бытовых условий жизни судей

    Гарантии состязательности судебного процесса и равноправия сторон

    распространение суда присяжных

    твердые процессуальные гарантии обвиняемых и подсудимых и ответственность должностных лиц за их нарушение

    укоренение роли прокурора в процессе лишь как одной из сторон, а не как «государева ока», надзирающего за судьями и соответственное восприятие представителей прокуратуры судьями

    ликвидация всех остатков обвинительной функции суда

    изменение правового сознания судейского корпуса:

    понимание судьей, что он творит правосудие, т.е. справедливость, а не помогает тем или иным государственным органам

    понимание судьей, что при рассмотрении дела он не является ступенью в иерархической системе, т.е. творит судебную власть не как подчиненный председателя суда или вышестоящего суда

    понимание судьей, что он является «последней» инстанцией в процессе защиты права, даже если его решение может быть обжаловано в апелляционном или кассационном порядке

    применение в судебном процессе норм законов с позиций конституционных принципов и норм международного права (права человека – высшая цель, равенство всех форм собственности, равенство прав вне зависимости от имущественного, должностного, социального положения, национальности и вероисповедания и т.п.)

    изменение образа полицейской деятельности:

    главная цель полицейских органов и спецслужб – не борьба с преступностью, а защита граждан и правового порядка от незаконных посягательств

    полицейские органы и спецслужбы являются не карательными, а защитными (фактически это – те же службы спасения, только в особой сфере)

    существование между разными полицейскими ведомствами, спецслужбами четкого и законодательно определенного разделения труда (функций и полномочий)

    унификация материально-технического обеспечения и социальных гарантий различных полицейских ведомств и спецслужб

    законодательное регламентирование использования спецподразделений

    демилитаризация полицейской службы

    четкое законодательное определение функций и предназначения полицейской службы и спецслужбы

    понимание сотрудниками полицейских служб и спецслужб бессмысленности их деятельности по выявлению преступлений без законности сбора и закрепления доказательств вины

    Источники:
    mosadvokat.org, recepciya.ru, xn--80aatn3b3a4e.xn--p1ai, www.adhdportal.com

    Следующие статьи:


    Форма и содержание договора.

    Если нужно составить грамотный договор, следует соблюсти несколько правил, чтобы содержание не затерялось в не правильной форме. Подробнее...